
Впервые на это указал в 1837 году Рихард Лепсиус. А много лет спустя, в начале 1866 года, во время археологических раскопок в дельте Нила, ему удается найти надпись, подобную Розеттскому камню: египетские иероглифы сопровождаются параллельным текстом на греческом языке. И когда Лепсиус осуществил перевод иероглифики, следуя методике Шампольона, тот полностью совпал с греческой частью. После этого все сомнения отпали: да, Шампольон был настоящим «Эдипом», и ему действительно удалось расшифровать египетские письмена.
Кроме Лепсиуса, в фундамент пирамиды египтологии в 40–60 годы прошлого века закладывают весомые «камни» и другие последователи Шампольона. Правда, его самый талантливый ученик, итальянец И. Росселини, ненадолго пережил своего учителя. Но ему на смену приходят новые энтузиасты: англичане — самоучка Самуэль Бэрч и юрист Ч. В. Гудвин, французы — коммерсант Франсуа Шаба и виконт де Руже, ирландец священник Э. Хинкс. Люди эти пришли в египтологию «со стороны», но сумели внести в молодую науку ценный вклад. Берлинский школьник Карл Бругш, на удивление всему ученому миру, в 1848 году выпускает солидную работу, посвященную демотическому письму, которое из-за многочисленных «стенографических» упрощений знаков справедливо считается сложней, чем иероглифика. В дальнейшем Бругш издает «Демотическую грамматику» и семитомный «Иероглифо-демотический словарь», не потерявшие своего значения и по сей день.
