Современные египтологи, будь они из Франции, Англии, России, Егилта, Германии, целиком и полностью признают приоритет Шампольона в дешифровке иероглифов. Столь же несомненно, что именно Шампольон раскрыл подлинную структуру египетского письма. Между тем и в годы — жизни замечательного ученого, и в первые десятилетия после его смерти появилось большое количество работ, авторы которых заявляли, что Шампольон ошибается, и предлагали свой «ключ» к раскрытию тайны иероглифики. Причем авторы зачастую не стеснялись в выражениях, огульно обвиняя Шампольона во всяческих ошибках и грехах.

Генрих Юлиус Клапрот, востоковед и путешественник, проведший несколько лет в России и удостоенный звания академика Петербургской академии наук (впрочем, этого звания он был лишен «за недостойное поведение в 1812 году», во время Отечественной войны), имел свою собственную точку зрения на иероглифику египтян. По его мнению, она строилась на так называемом акрофоническом принципе: один и тот же иероглиф передавал несколько слов, начинающихся с данного звука (например, иероглиф, изображавший «зайца», должен передавать еще и слова, начинающиеся со звука «з» — «зима», «закат», «зенит» и т. д.). Отстаивая эту ложную гипотезу, Клапрот то и дело выступал в печати, всеми силами стараясь очернить Шампольона и дискредитировать его великое открытие.

Соотечественник Клапрота, теолог из Лейпцига Густав Зейффарт, также присоединил свой голос к хору, хулившему Шампольона. Он имел свою собственную «теорию» о иероглифике египтян и упорно отстаивал ее, несмотря на явную нелепость (о «научности» писаний Зейффарта красноречиво говорит название его фундаментального труда: «Неопровержимое доказательство того, что в году 3446 до Рождества Христова 7 сентября окончился всемирный потоп и всем народам были дарованы алфавиты»).

Католические круги в Италии также вели кампанию против Шампольона. Во Флоренции в 1830 году (когда ключ к иероглифам был давно найден), появилось переиздание пресловутого труда графа Палина.