Исследователь принялся за имя Александр, которое было начертано на Розеттском камне и оно дало чтение иероглифов «н», «с» и др. Анализ имени Береника, также заключенного в картуш в тексте Розеттского камня, принес значение иероглифа, передававшего звук «б». Новые имена приносят чтение новых знаков — и таким путем Шампольон установил значение 24 знаков — букв иероглифического алфавита.

И все-таки сфинкс еще не заговорил! Ведь у Шампольона не было никаких доказательств тому, что эти «алфавитные знаки» применялись для записи египетского языка, а не только для того, чтобы передать чужеземные имена. Юнг, как вы помните, был уверен, что египтяне заимствовали у греков их алфавит для записи греческих же имен. И «алфавитные знаки» в собственно египетском тексте имеют совсем иное, чем в именах, значение — не буквенное, а смысловое.

Первое время Шампольон тоже придерживался такого же мнения. Причем, по его собственному признанию, «упорно шел по этому ложному пути до того момента, когда очевидные факты показали мне египетское иероглифическое письмо под совершенно неожиданным углом зрения, так сказать, вынудили меня признать фонетическое значение за множеством иероглифических групп, содержащихся в надписях, украшающих египетские памятники всех эпох».

Что же это были за факты? Прежде всего математические, статистические. В день своего рождения, 23 декабря 1821 года, Франсуа Шампильон сделал знаменательный подсчет. Иероглифический текст Розеттского камня содержал 1419 иероглифов. А в греческой части надписи, соответствовавшей этому тексту, число слов достигало 486. Отсюда следовал неизбежный вывод: число слов и число иероглифов различно, стало быть, последние не передают отдельные слова или понятия, как это считалось прежде. Иероглифы в тексте повторяются. Если считать только разные знаки, то их будет в иероглифической части всего лишь 166. Снова несоответствие числу слов греческого текста. И новое доказательство тому, что иероглиф не обязательно передает слово или понятие.